Решение № 2-3715/2014 2-77/2015 2-77/2015(2-3715/2014;)~М-3409/2014 М-3409/2014 от 23 декабря 2015 г. по делу № 2-3715/2014
№2-77/2015
Именем Российской Федерации
23 декабря 2015 года
Ворошиловский районный суд г. Ростова-на-Дону в составе:
председательствующего судьи Морозова И.В.
при секретаре Карасевой Т.Е.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Севериновой С. С. к Севериновой Ю. В., Грачевой В. В., 3-и лица Северинова Н. К., нотариус Огульчанская М. Ю., нотариус Чебонян Т. Н. о признании завещания недействительным,
Северинова С. С. обратилась в суд с иском к Севериновой Ю. В., Грачевой В. В., 3-и лица Северинова Н. К., нотариус Огульчанская М. Ю., нотариус Чебонян Т.Н. о признании завещания недействительным. В обоснование иска указано, что 08.06.2011г. в г.Ростове-на-Дону Севериновым В.А. было совершено завещание, удостоверенное нотариусом Чабонян Т.Н., согласно которому Северинов В.А. завещал ООО «Торгово-коммерческое предприятие «КАРПАТЫ» и нежилое помещение находящееся по адресу: .... 35/40 следующим образом: 1/5 долю супруге - гр. Севериновой С.С., 2/5 доли дочери - гр. Грачевой В.В., 2/5 доли дочери - гр. Севериновой Ю.В. После смерти Северинова В.А. 15.03.2014г. открылось наследство состоящее, в том числе из ста процентов доли в уставном капитале ООО «Торгово-коммерческое предприятие «КАРПАТЫ». При этом, указанное в завещании нежилое помещение находящееся по адресу: ... в состав наследства не входит, так как на день открытия наследства наследодателю не принадлежало. Собственником данного помещения является ООО «Торгово-коммерческое предприятие «КАРПАТЫ». Также у наследодателя имеется нетрудоспособная мать - Северинова Н.К., одновременно с Севериновой С.С. подавшая заявление о вступлении в наследство и имеющая обязательную долю в наследстве. Северинова С.С. состояла в браке с наследодателем с 30.12.2000 г., до момента смерти совместно проживала с ним и вела домашнее хозяйство. В период брака Северинов В.А. систематически злоупотреблял алкогольными напитками и медикаментами (феназепам, рифампицин и др.), что приводило к неадекватному поведению наследодателя. Очевидцами неадекватного поведения Северинова В.А. вследствие систематического злоупотребления алкогольными напитками и медикаментами также были знакомые семьи и соседи по дому. В частности Иоселиане М.Г. и Жиравова Е.И. Начиная с двухтысячного года наследодатель регулярно проходил лечение от алкоголизма и психических расстройств в следующих лечебных учреждениях: «Медицинский центр доктора Воробьева», «Лечебно-реабилитационный центр «Исцеление», МУБЗ «Городская Больница скорой медицинской помощи г.Ростова-на-Дону». Наследодатель являлся инвалидом второй группы. Более того, за три дня до совершения завещания, то есть 05.06.2011г. Северинов В.А. самовольно покинул отделение реанимации и интенсивной терапии отделения острых отравлений БСМП №2 в которое согласно выписки из истории болезни №26189 поступил в неадекватном состоянии 31.05.2011г. Истец считает, что на момент составления завещания Северинов В.А. не мог понимать значения своих действий, поскольку страдал психическим заболеванием. На основании изложенного, истец просит признать завещание, совершенное Севериновым В.А. 08.06.2011 г. в городе Ростове-на-Дону, удостоверенное нотариусом Чебонян Т.Н. недействительным.
Истец и ее представитель по доверенности Сигида Р.В. в судебном заседании заявленные требования поддержали, просили удовлетворить.
Ответчики и их представители, действующие на основании доверенностей Дурниев А.А. и Титоренко О.Л. в судебном заседании возражали против удовлетворения заявленных требований.
Третьи лица в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом. Дело рассмотрено в их отсутствие в порядке ст. 167 ГПК РФ.
Суд, выслушав пояснения сторон, их представителей, допросив в качестве свидетелей Мирошниченко Л.А., Самойлову Е.С.., Терехову Е.Н., Ендовицкого Е.И., Хромову И.М., Иоселиане А.Г., Жиравова Е.И. исследовав материалы данного дела, приходит к следующему.
В силу ст. 218 ГК РФ в случае смерти гражданина право собственности на принадлежащее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.
Согласно положениям ст. 1118 ГК РФ распорядиться имуществом на случай смерти можно путем совершения завещания. Завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме. Завещание должно быть совершено лично. Совершение завещания через представителя не допускается.
Завещание является сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства.
В соответствии со ст. 1119 ГК РФ завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, включить в завещание иные распоряжения. Завещатель не обязан сообщать кому-либо о содержании, совершении, об изменении или отмене завещания.
Как установлено судом и подтверждается материалами дела, истица Северинова С.С. является супругой Северинова В.А., умершего 15.03.2014 г., что подтверждается свидетельством о смерти IV-AH № 504157 от 17.03.2014г.
08 июня 2011 года Северинов В.А., сделал распоряжение о том, что из принадлежащего ему имущества ООО «Торгово-коммерческое предприятие «КАРПАТЫ», и нежилое помещение находящееся по адресу: ..., он завещает: 1/5 долю супруге – Севериновой С.С., 2/5 доли дочери – Грачевой В.В., 2/5 доли дочери – Севериновой Ю.В.
Завещание Северинова В.А было удостоверено нотариусом г. Ростова-на-Дону Чебонян Т.Н., зарегистрировано в реестре за реестровым номером 1-1802.
Как усматривается из материалов наследственного дела №27/2014, 30.06.2014г. года Северинова С.С. обратилась к нотариусу Огульчанской М.Ю. с заявлением о принятии наследства как по закону, так и по всем другим основаниям, оставшегося после смерти Северинова В.А.
С заявлением о принятии наследства по закону и по завещанию, открывшегося после смерти Северинова В.А. к нотариусу Огульчанской М.Ю. также обратились Грачева В.В., Северинова Ю.В.
В соответствии со ст. 1131 ГК РФ завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права и законные интересы которого нарушены этим завещанием.
В силу требований статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.
Поскольку завещание является односторонней сделкой, к нему применяются правила о недействительности сделок, предусмотренные главой 9 Гражданского кодекса Российской Федерации (статьи 166 - 181).
Согласно положениям статьи 166 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Пунктом 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
При оспаривании правопреемником (наследником) завещания по основанию неспособности наследодателя на момент его совершения понимать значение своих действий или руководить ими, суд должен принимать во внимание только бесспорные доказательства, с достоверностью подтверждающие факт неспособности наследодателя на момент составления завещания отдавать отчет своим действиям.
С целью установления состояния здоровья Северинова В.А. в момент составления завещания судом по ходатайству сторон был допрошен ряд свидетелей знающих умершего при жизни.
Так допрошенная в ходе судебного разбирательства свидетель Мирошниченко Л.А. пояснила, что в течение 16 лет она работала совместно с Севериновым В.А., до 2011 года работала продавцом в ООО «Карпаты». С умершим она была в дружеских отношениях. Северинов В.А. рассказал Мирошниченко Л.А. о составленном завещании. Примерно раз в пол года умерший, являющийся руководителем магазина, отсутствовал на работе, о наличии какого-либо заболевания или алкогольной зависимости у него свидетелю неизвестно. После его возвращений в поведении Северинова В.А. ничего не менялось, приходил как обычно. При отсутствии Северинова В.А. на рабочем месте он в телефонном режиме все контролировал. Пребывание его в отпуске составляло максимум 10 дней. В конце мая 2011 года Северинов В.А. находился в больнице. Дети умершего, которым он помогал, практически каждый день появлялись в магазине. При отмечании совместных праздников на работе умерший всегда покупал торт и шампанское, но с трудовым коллективом никогда не выпивал. В присутствии свидетеля Севериров В.А. никогда не выпивал, запаха спиртного от него Миришниченко Л.А. не чувствовала.
Свидетель Самойлова Е.С. в судебном заседании показала, что работала бухгалтером в ООО «Карпаты» и с 2003 года была знакома с умершим. О составленном завещании свидетелю известно от умершего, поскольку в середине июня 2011 года он передал ей его копию для хранения. Северинов В.А. не страдал психическими заболеваниями, поведение его было адекватным. На протяжении 9 лет свидетель виделась на работе с умершим практически каждый день, кроме выходных. В конце мая 2011 году умерший попал в больницу. В данный период времени налоговым органом проводилась проверка. Примерно 2-3 июня 2011 года Северинов В.А. сам позвонил свидетелю из больницы, а 5-6 июня он уже присутствовал на рабочем месте. После его возвращения ничего не изменилось, все было как всегда. В большинстве случаев на рабочем месте умерший не пил, алкогольными напитками не злоупотреблял. Примерно раз в пол года он мог позвонить и сообщить, что его не будет на работе, поскольку он выпил. Умерший перенес операцию на позвоночнике. В мае 2011 года Северинов В.А. попал в больницу с алкогольным отравлением.
Допрошенная в ходе судебного разбирательства свидетель Терехова Е.Н. пояснила, что была знакома с Севериновым В.А. на протяжении 15 лет, работала в ООО «Карпаты». Отношения были дружеские, умерший всегда помогал свидетелю. Терехова Е.Н. никогда не видела Северинова В.А. в состоянии алкогольного опьянения. Умерший всегда передвигался на автомобиле самостоятельно, поэтому алкогольными напитками не злоупотреблял. Когда умерший лежал в больницах, он в телефонном режиме предупреждал об отсутствии его на рабочем месте. Психическими расстройствами Северинов В.А. не страдал, был адекватным. О наличии завещания свидетелю стало известно от умершего. У Северинова В.А. были проблемы со спиной, в связи с чем он лежал в больнице около месяца, осуществляя при этом в телефонном режиме каждодневный контроль трудового процесса. На рабочем месте умерший никогда не выпивал.
Свидетель Ендовицкий Е.И. в судебном заседании пояснил, что познакомился с умершим в конце 1980 г. в армии, а затем свидетель стал у него работать. Северинов В.А. был хорошим руководителем, однако у него была единственная слабость – он любил выпивать, но не сильно, в результате чего он мог устроить скандал посторонним людям. Однако, такое случалось с ним не часто. При этом находясь в пьяном состоянии умерший всегда адекватно оценивал ситуацию, знал где он находится и что происходит вокруг, никогда не забывал о дочерях. На следующий день Северинов В.А. всегда помнил, что с ним было накануне. О завещании свидетелю стало известно от дочерей умершего. Северинов В.А. любил внука и часто забирал его. Однако, признаки неадекватного поведения у умершего в период алкогольного опьянения были, а именно он хотел выйти на ходу из машины, но все это происходило до 2005 года. Ендовицкому Е.И. известно о том, что умерший проходил лечение от алкоголизма, примерно пару раз в год он лежал в больнице. Свидетель состоял в трудовых отношениях с умершим до 2006 года, а после они виделись очень редко. В период их общения Северинов В.А. находился в нормальном состоянии, говорил, что хотел завещать все матери.
Свидетель Хромова И.М., допрошенная в судебном заседании показала, что знакома с умершим давно, состояла с ним в дружеских отношениях. Свидетель познакомилась с умершим на набережной, поскольку они совместно выгуливали собак. Северинов В.А. злоупотреблял алкоголем, на набережной его забирали сотрудники полиции, в связи с тем, что он приставал к людям. Свидетель часто бывала дома у умершего, в периоды алкогольного опьянения он был неадекватен. 31 мая 2011 года свидетелю позвонил Северинов В.А. с телефона истца и просил приехать, потому что Северинова С.С. его избивает, она напилась и у нее белая горячка. Приехав домой к умершему, свидетеля встретила истица, когда она открыла дверь, Северинов В.А. одетый, оттолкнув Хромову И.М. и супругу, убежал из квартиры. Северинова С.С. пояснила свидетелю что она не выпускала Северинова В.А. из дома в состоянии алкогольного опьянения, поэтому он убежал. Примерно раз в две недели свидетель приходила в гости к супругам Севериновым и умерший находился в состоянии алкогольного опьянения, при этом он всегда узнавал ее. Умершего возили для лечения от алкоголизма в областную больницу, затем в клинику доктора Воробьева. Он принимал какие-то таблетки, которые лежали у него дома на полочке. Автомобиль в пьяном виде умерший не водил. Северинов В.А. был очень умным человеком, заботился о внуке.
Свидетель Иоселиане А.Г. в судебном заседании пояснила, что со сторонами знакома, ответчики с неуважением относятся к истцу, притесняют ее в деньгах. С супругами Севериновыми свидетель знакома около 12 лет, с момента их переезда в квартиру. О наличии завещания свидетелю стало известно летом от истицы, которая предложила разделить все имущество поровну. Умерший страдал алкоголизмом, часто выпивал. Северинов В.А. мог позвонить в любое время суток в пьяном состоянии. Был случай, когда в три ночи он звонил в дверь пьяный, кричал, чтобы зашли домой и посмотрели, что у него в квартире происходит, сказал, что будет убийство. Приехал сын истца, он ему тоже самое говорил. Приехала мать, он вызвал ее. Она не могла его тоже успокоить. Находился в запое примерно две недели и водил автомобиль в пьяном состоянии. Он мог оскорблять, кидаться, плеваться и не помнил на следующий день ничего. Умерший употреблял феназипам для хорошего сна. Свидетелю известно, что периодически Северинов В.А. находился на лечении. Он был в неадекватном состоянии только когда был пьян, а в остальное время был нормальным человеком. Умерший лежал в туберкулезной клинике, потом ему стенд ставили, плохо было с сердцем, инфаркт был, говорил, что болит печень. Он очень часто после запоев ставил капельницы.
Допрошенная в ходе судебного разбирательства свидетель Жиравова Е.И. в судебном заседании пояснила, что работает старшей медсестрой и близко общалась с умершим на протяжении 10 лет. Он любил крепко выпивать. Был случай, что он пришел уже пьяный на день рождение и вел себя ужасно, начал ругаться, оскорблять и сорвал мероприятие. После операции Северинов В.А. пил таблетки, был заторможенный, неадекватный, но всегда узнавал свидетеля. Он лечился в больнице, дочки привозили его в ЦГБ на капельницы.
Кроме того, в целях получения объективной информации о психическом состоянии здоровья Северинова В.А. судом была истребована и приобщена к материалам дела вся медицинская документация в отношении Северинова В.А., имеющаяся в различных медицинских учреждениях.
С целью установления психического статуса умершего, на основании собранных по делу данных о состоянии здоровья Северинова В.А., определением Ворошиловского районного суда г.Ростова-на-Дону от 04.12.2014 года была назначена судебная посмертная психолого-психиатрическая экспертиза на предмет определения дееспособности Северинова В.А в момент подписания завещания. Проведение экспертизы было поручено экспертам ГКУЗ «Психоневрологический диспансер» Ростовской области.
Из заключения судебно-психиатрических экспертов от №727 от 13.04.2015г. следует, что у Северинова В.А. выявлены изменения личности по экстравертированному анозогнозическому типу, на первый план выступала алкогольная анозогнозия, беспечное отношение к своему настоящему и к будущему, а также такие качества как эксплозивность, возбудимость, аффектная лабильность, интеллектуальные характеристики снижены, мышление лабильное, малопродуктивное. В абстинентном состоянии данные характеристики усугублялись, что нарушало его критические и прогностические способности. Выявленные нарушения, в совокупности со значимыми ситуационными факторами (диагностированный за несколько дней до составления завещания абстинентный синдром, острое медикаментозное отравление, токсическая энцефалопатия, алкогольный делирий, с последующим самовольным уходом из отделения, незавершенность лечения) существенно снизили его способность руководить своими действиями в период подписания завещания и привели к нарушению критических и прогностических способностей.
У Северинова В.А. выявлены изменения личности по экстравертированно-анозогнозическому типу. Внутрисемейные взаимоотношения имели конфликтный характер, в состоянии алкогольного опьянения Северинов В.А. был агрессивным, конфликтным. Имеющиеся у него нарушения в личностной сфере, интеллектуальное и эмоционально-волевой, в совокупности с ситуационными факторами не позволили Северинову В.А. понимать значение своих действий и руководить ими в момент подписания 08.06.2011 г. завещания.
В целях выяснения обстоятельств полноты данного заключения, получения необходимых разъяснений и дополнительного обоснования выводов, судом были допрошены эксперты, проводивших данное исследование.
Так, в ходе судебного разбирательства эксперт-психолог Мартиросова Г.Н. выводы, изложенные в экспертном заключении подтвердила, дополнительно пояснила, что анализировалась медицинская документация в части индивидуальных особенностей волевой сферы умершего. Эксперты опирались на показания свидетелей, которые свидетельствуют о наличии агрессивного поведения со стороны умершего. Северинов В.А. страдал второй стадией алкоголизма, поскольку происходила деградация личности.
Эксперт Бойко Е.В. в судебном заседании вывод экспертизы подтвердил, указав, что исследовались материалы дела, а также медицинская документация, что позволило поставить диагноз зависимость от алкоголя. Наличие средней стадии алкоголизма говорит о несделкоспособности умершего. В данном случае исходя из медицинских документов, Северинов В.А. не долечившись, самовольно покинул отделение больницы, при этом токсическая энцефалопатия не могла пройти за два-три дня. Сведения о том, в каком состоянии умерший был в день составления завещания и после этого, у экспертов отсутствуют.
Кроме того, на основании определения суда от 17.06.2015г. судом назначена повторная психолого-психиатрическая экспертиза, проведение которой поручено экспертам ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России. Согласно заключению комиссии экспертов №2646/24-2, №376/з от 17.11.2015г. у Севериноа В.А. обнаружился синдром зависимости от алкоголя (алкоголизм) (по МКБ-10:F10/2).
У Северинова В.А. не отмечалось признаков грубого интеллектуально-мнестического снижения, эмоционально-волевых расстройств, расстройств сознания, психотической симптоматики (бред, галлюцинации и проч.), нарушения критических и прогностических способностей, которые могли бы лишать его способности в период оформления завещания 08.06.2011г. адекватно оценивать происходящее и свободно выражать свою волю.
У Северинова В.А., в период оформления завещания от 08.06.2011 не обнаруживалось каких-либо индивидуально-психологических особенностей, которые бы могли существенно повлиять на принятие им решения и его реализацию (поведение) по распоряжению имуществом при совершении юридически значимого действия (подписания завещания).
Индивидуально-психологические особенности Северинова В.А. не оказали существенного влияния на способность понимать значение своих действия и руководить ими в юридически значимый период при подписании завещания.
Северинов В.А. по своему психическому состоянию в интересующий суд период оформления завещания 08.06.2011г. мог понимать значение своих действия и руководить ими.
Согласно ст.67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
В соответствии с п.2 ст.86 ГПК РФ заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в ст.67 ГПК РФ.
Суд критически оценивает выводы первоначальной судебной экспертизы №727 от 13.04.2015г., поскольку допрошенные в судебном заседании эксперт, подготовившие заключении, пояснили, что у них отсутствовали сведения о том, в каком состоянии Северинов В.А. был в день составления завещания и после него. Сам по себе факт того, что умерший страдал алкоголизмом, не свидетельствует о совершении им завещания в момент, когда он не был способен понимать значение своих действий и руководить ими.
При разрешении данного спора, суд считает возможным положить в основу решения суда выводы повторной судебной экспертизы ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России, поскольку заключение экспертов проведено в соответствии с установленным порядком его проведения согласно ст.84 ГПК РФ, заключение содержит подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы содержит ответы на поставленные судом вопросы, то есть соответствует требованиям ст.86 ГПК РФ, заключение не противоречит другим доказательствам по делу, в том числе представленной в материалы дела обширной медицинской документации.
В данном случае, использованные экспертами методы производства экспертизы не вызвали у суда сомнений, поскольку экспертами ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России при проведении экспертизы и в последующем при разъяснении принятого заключения, указано на то, что ими были исследованы все вопросы, поставленные перед ними и по ним дан полный ответ.
Так, из мотивировочной части заключения следует, что экспертами исследованы как показания всех участников процесса, так и медицинские документы.
Ответной стороной суду не представлены доказательства, указывающие на незаконность использованных экспертом методов, которые могли бы повлиять на их выводы.
Оценивая достоверность каждого доказательства, в том числе и заключение судебно-психиатрических экспертов от №2646/24-2, №376/з от 17.11.2015г, суд, учитывая компетентность экспертов психиатров и психологов в разрешении поставленных перед ними вопросов, их длительный стаж экспертной работы, достаточность исследовательского материала, правильность методики исследования, объективность экспертов и то, что выводы экспертного заключения подтверждаются другими собранными по делу доказательствами, приходит к выводу, что вышеуказанное заключение является допустимым доказательством и может быть положено в основу настоящего решения.
Пояснения ответной стороны, в том числе со ссылкой на показания допрошенных свидетелей Хромовой И.М., Иоселиане А.Г., Жиравова Е.И. указывающих на неадекватность и недееспособность Северинова В.А. в период составления завещания, по мнению суда, не могут быть признаны допустимыми доказательствами, так как объективно не подтверждаются медицинскими документами, а наоборот опровергаются заключением судебно-психиатрических экспертов от №2646/24-2, №376/з от 17.11.2015г. и мнением экспертов, отраженных в описательной части экспертизы. При этом бытовой уровень общения указанных лиц с Севериновым В.А., при отсутствии необходимых познаний в области психиатрии и психологии, не позволяют суду принять их показания, как достоверную информацию о его психическом состоянии, свидетельствующем о недееспособности Северинова В.А. в оспариваемый период времени.
Дееспособность Северинова В.А. на момент совершения оспариваемой сделки была проверена нотариусом. Нотариус Чебонян Т.Н., непосредственно удостоверившая завещание и договор дарения, также подтвердила нахождение Северинова В.А., в момент совершения данных сделок в адекватном состоянии.
Кроме того, истица, являясь близким родственником Северинова В.А., зная, по ее мнению, об имеющихся у Северинова В.А. психических расстройствах, вследствие которых, последний не мог понимать значения своих действий или руководить ими, вопрос о признании его недееспособным не ставила и на разрешение суда не выносила.
Более того, из содержания завещания, а именно порядка распределения долей наследственного имущества, а также указания умершим на оборотной его стороне рукописного распоряжения об обязательной помощи ответчиков его матери, следует, что Северинов В.А. в момент совершения оспариваемой сделки осознанно выразил свою волю по распоряжению имуществом.
При таких обстоятельства наличие порока воли при совершении сделок судом по результатам проведенной по правилам ст. 67 ГПК РФ оценки доказательств не установлено, притом, что истцом в обоснование своих требований доказательств, отвечающих требованиям ст. ст. 59, 60, 67 ГПК РФ, не представлено.
Доводы истцовой стороны о том, что умершим принимались лекарственные препараты (психотропные), которые влияли на его сознание, ввиду чего он не понимал значение своих действий, судом признаются несостоятельными, поскольку опровергаются представленной медицинской документацией.
Доводы истцовой стороны о том, что при назначении повторной судебной экспертизы она была лишена выбора экспертного учреждения, а также права на заявление отвода эксперту, суд признает несостоятельными, поскольку в соответствии с положения ст. 79 ГПК РФ реализации указанных Севериновой С.С. прав, возможна была на стадии назначения экспертизы, что ей сделано не было.
Суд, оценив относимость, допустимость и достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, считает, что исковые требования являются надуманными и не обоснованными, а потому не подлежат удовлетворению.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд
В удовлетворении иска Севериновой С. С. к Севериновой Ю. В., Грачевой В. В., 3-и лица Северинова Н. К., нотариус Огульчанская М. Ю., нотариус Чебонян Т. Н. о признании завещания недействительным – отказать.
Решение суда может быть обжаловано в Ростовский областной суд через Ворошиловский районный суд г. Ростова-на-Дону в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Мотивированное решение суда изготовлено 28 декабря 2015 года.
Судья